Подробнее...

Мы наблюдаем события, которые относятся к категории "если бы их не было, их следовало бы выдумать". Ну что-то вроде "дела Бейлиса" которое вошло в историю, как аватар, говоря современным языком, фундаментального, исторически значимого социального процесса.

Я говорю о скандальном поведении операторов социальных сетей, в частности, Твиттера и Гугла, отбросивших не только последние маскировочные одежды, но и фиговые листки, и показавших свою подлинную сущность.

То, о чем социальные философы и социальные психологи говорили весь двадцатый век, продемонстрировало себя ярко. грубо, зримо. Речь идет о феномене под названием "массовое сознание", которое перед нами предстает чаще всего в специфической своей форме - общественного мнения.

Если говорить совсем коротко, то массовое сознание – это сознание тех, у кого его нет. Рабочих, крестьян, интеллигентов, бизнесменов, домохозяек, студентов (представителей разных социальных групп с разными интересами, а значит и идеологическими установками,  политическими пристрастиями) легко превращаются в «массу» при некоторых условиях. Первое – если между ними возникают быстрые, эффективные и объемные массовые коммуникации. Второе – если они попадают в ситуацию кризиса.

В этой ситуации люди забывают собственное сознание теряют и легко приобретают чужое, подкинутое извне, чаще всего поверхностное и ложное.

Поведение людей в массе становится импульсивным, эмоциональным, некритичным, подражательным. То есть по принципу – «все побежали, и я побежал…».

К концу двадцатого века вот этот самый первый фактор – массовые коммуникации, вырос взрывоопасным образом: объем массовой информации, плотность информационного потока выросли многократно. Но самое главное – сам характер информации, она благодаря несложным техническим решениям стала визуализированной, то есть легкоусвояемой. Необходимость напрягать мозги, чтобы понять, чего там пишут в газетах, была еще в первой половине двадцатого века. Во второй половине мозги уже можно было оставить в покое – смотри в телеящик и воспринимай готовенькое.

Но самый мощный рывок произошел при появлении интернет-технологий – спасения от информационного воздействия не стало нигде, ни на один миг.

Подробнее...
Более 60% россиян не имеют никаких сбережений, показал опрос по заказу СК «Росгосстрах Жизнь» и банка «Открытие». А большинство тех, кто все-таки имеет накопления, истратят их в случае потери работы максимум за полгода.
Это информационное сообщение РБК опубликовал как раз полгода назад, и сегодня довольно много социальных признаков указывает на то, сбережения, которые были, уже кончились и лавинообразно растет долговая кабала, из которой выхода не просматривается.
Хотя куда уже больше! Еще в апреле, по данным Банка России, долговая нагрузка (объем обязательных платежей по кредитам в процентах от располагаемых доходов) жителей страны на
достигла 10,9 процента доходов. Это максимальное значение в истории наблюдений. По необеспеченным потребительским кредитам показатель соответствует уровню 2014 года.
Впрочем, целый ряд косвенных признаков указывает на размер социального бедствия, заметно оживились микрофинансовые организации, эти мелкие хищники финансового рынка, все подъезды домов залеплены предложениями разного рода на тему "как избавиться от долгов". И даже солидные банки, контролирующие потребительский рынок, Сбербанк и ВТБ проявляют нерзвозность: данные Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА), поступившие в РБК, свидетельствуют, что банки стали передавать коллекторам больше долгов на ранней стадии просрочки. В январе—октябре 2020 года доля переданных кредитов, по которым платежи просрочены менее чем на год, достигла 59%, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года показатель вырос на 16 процентных пунктов.

Подробнее...

ВЦИОМ ежемесячно ведет мониторинг социального самочувствия россиян. И хотя только каждый четвертый житель России оценивает свое материальное положение, как «плохое», с социальным оптимизмом у нас все очень плохо. 53% опрошенных их жизнь хотя бы отчасти не устраивает, а 60% убеждены, что «тяжелые времена» - впереди.

В общем, «суровые годы уходят в борьбе за свободу страны, за ними другие приходят, они будут тоже трудны»…

И не стоит пессимизм приписывать проблеме эпидемии корановируса. Как показывает социальная практика, проблемы подобного рода обладают, скорее, мобилизующим эффектом. А если две трети россиян полагают, что нынешние времена плохие, а впереди – еще хуже, тут надо искать другие причины.

И главная из этих причин – отсутствие социальной динамики. Старшее поколение знает – в самые нелегкие моменты оптимистичное настроение россиян было гарантировано при двух условиях: если народ верил в способность элиты сделать жизнь лучше; и если жизнь улучшалось каждый день хотя бы микроскопическими дозами.

Предчувствие о том, что «тяжелые времена впереди» - следствие неверия. Доверие элите возникает и поддерживается лишь в том случае, если «тяжесть времени» распределяется равномерно на верхи и низы, если с социальной справедливостью у нас все в порядке.

Подробнее...

ЕС объявил санкции за провокатора Навального – объявил невъездными в Евросоюз тех чиновников, которые никогда там не бывают, и заморозил их активы там, где их никогда не было. Как, впрочем, и самих активов.

Теперь можно с уверенностью констатировать, что пропагандистская диверсия спецслужб под условным наименованием «отравление Навального», задуманная как попытка спровоцировать отказ от завершения газопровода «Северный поток-2», с грохотом и свистом вылетела, извините за тавтологию, в трубу.

Произошло то, что предвидел Кремль, не проявляя особенного беспокойства за судьбу «лидера оппозиции».

«Европа хочет подать России «ясный сигнал» введенными санкциями», - заявил официальный представитель правительства ФРГ Штеффен Зайберт. Вот, оказывается, в чем тут дело – в сигнале!

Теперь Россия в долгу не останется и вернет этот «сигнал» Европе строго зеркально. Но можем ли мы сказать, что этим делом и кончится?

Осадочек, конечно, останется.

Подробнее...
Мне представляется, что большая часть протестующих на улицах Минска не имеют глубоких претензий лично к Александру Григорьевичу Лукашенко.
Более того, они являлись его сторонниками в течение предыдущих двадцати лет, и их настроения практически созвучны настроениям "путинского большинства".
Нужно отдать должное тому, что сделал Лукашенко в Белоруссии и Путин в России. Главным образом, Путин – именно он предложил стратегию выхода из хаоса девяностых, как эволюционную, справедливо посчитав, что еще одна революция и слом теперь уже социального порядка девяностых окончательно убьет государство. Россияне приняли и поддержали эту стратегию, социальная стабильность стала приоритетной целью. Но эта стратегия содержала внутри себя проблемы, которые сегодня становятся в полный рост.
Олигархи были удалены от власти, но олигархат, как система сохранился, именно поэтому порождаемая им коррупция по результатам социологических опросов выходит на первые места в списке тревожащих россиян проблем. Отставленные в сторону итоги воровской приватизации девяностых предельно обострили самую опасную для российского национального самосознания проблему – проблему социального неравенства.
А еще есть проблема всесильной российской бюрократии, способной свести к нулю любые усилия сколь угодно популярного президента.
Но подлинный лидер - это не памятник на пьедестале в ознаменование былых заслуг, а руководитель, связывающий обещания и их выполнение в ближайшем будущем и отдаленной перспективе. Сегодня единый народ России и Белоруссии дозрел до простой мысли, что стабильность – это условие развития, а не цель.
Протест в Белоруссии вряд ли удастся свалить на внешних недругов в России. Они, конечно, рады подливать масла в огонь и постараются устроить «цветную революцию» по тем же лекалам, как это было на Украине.
Если только сам Путин не сыграет на опережение, как он это уже делал, не перехватит инициативу и сам не начнет перемены, которых так жаждет общество.
Подробнее...

Беспорядки в Белоруссии, с одной стороны, актуализировали вопрос о ее предполагаемом объединении с Россией, с другой стороны за дымовой завесой политических спекуляций сложно разглядеть причины процессов.

Проблема состоит в том, что интеграции препятствует одна фундаментальная причина, касающаяся идеологических основ двух сообществ, к которым апеллируют и Лукашенко, и Путин.

Если говорить коротко, то интеграция в форме поглощения вряд ли возможна, не те времена. Белоруссия не может просто так стать еще одним регионом России, пусть даже автономной республикой, потому что качественно различаются социально-экономические основы и структура собственности.

А если не поглощение, тогда должна ли Белоруссия адаптироваться к России – провести приватизацию, завести своих олигархов, окунуться в рынок; или же наоборот – Россия должна стать социально-ориентированным государством по примеру Белоруссии?

Если каждому оставить свое, то все останется так, как сейчас, и интеграция не сдвинется  ни на миллиметр. Белорусам никогда не захочется обменять свои социальные гарантии на свободу для обогащения кучки элитных прохвостов; а нашему крупному капиталу никогда не захочется отделять от своих нажитых непосильным трудом прибылей кусок на социальные гарантии для всех россиян.

Надежду внушает, однако, то, что российское общество в последние годы все больше дефилирует к идеалам общества белорусского, и если бы вдруг в ближайший месяц республики объединились бы, и объявили выборы, то неизвестно еще, кто бы в них победил – Лукашенко или Путин.

Этим обстоятельством объясняется и двойственное отношение российской прессы (и не только одиозно либеральной) к нынешней победе на выборах Лукашенко. Теперь уже отчетливо видно, какая часть этой прессы, как изящно выражаются американцы, «тяготеет» к нашим олигархам, как частным, так и государственным: это те, кто не жалеют красок в описании «ужосов» подавления уличных протестов и очернении  Лукашенко.

Подробнее...

По делу хабаровского теперь уже бывшего губернатора Фургала возникает целый ряд как бы риторических вопросов, и ответы на них давно как бы известны. Например, почему дело всплыло только сейчас?

Самый глупый ответ – Кремль решил расправиться с «оппозиционным» губернатором. Те, кто хоть в элементарной степени представляют современное государственное устройство и систему межбюджетных отношений, знают, что «оппозиционных» губернаторов не может быть, потому что их не может быть никогда. Любой оппозиционный политик, став губернатором, может быть только абсолютно послушен центру, иначе он вообще ничего в своей губернии сделать не сможет – просто не будет денег.

Про «оппозиционность» ЛДПР даже можно не упоминать.

Ответ более простой и правдивый – ушли в отставку те лица в правоохранительной системе, которые «крышевали» бизнесмена (и прежде всего бизнесмена) Фургала и пятнадцать лет прятали его от правосудия. Даже называют их фамилии. Но это ответ, который лишь порождает новые вопросы. Например, ушли в отставку, наворовавшись, или их «ушли» в ходе самоочищения системы?

Между тем, все это яркий и показательный случай, который свидетельствует как о состоянии государства и общества, так и о направлении, в котором они эволюционируют.

При этом эволюционируют медленно, неуверенно, половинчато, преодолевая целый ряд тяжелых кризисов, эту систему поразивших.

Совершенно очевидно, что в кризисе находятся отношения между столичным центром и регионами. Вышедшие на улицу хабаровчане – это ведь показатель настроений жителей многих регионов, относящихся к условно «депрессивным», то есть тех, где проблемы не решаются десятилетиями, потому что федеральный центр эти территории мало интересуют, а местные власти не могут ничего сделать, даже если хотят.

Далее

Заместитель директора Левада-центра Денис Волков разместил на сайте Московского центра Карнеги статью «Карантин и Конституция». Грустный, с точки зрения автора, вывод – россияне с высокой долей вероятности проголосуют 1 июля за предложенные Президентом и Госдумой РФ поправки в Конституцию.

Собственно, ведущие социологические службы страны прогнозируют этот результат, тут «левадовцы» ничего нового не открыли. Но господин Волков – не только один из руководителей службы, признанной «иностранным агентом», но и известен, как выразитель идеологической позиции западного либерализма и один из последовательных «антипутинистов». Поэтому интересен не сам прогноз будущих результатов, а аргументация автора, отражающая основные пропагандистские стереотипы, с помощью которых ведется критика поправок всей либеральной общественностью.

Прежде всего, полностью игнорируется тот факт, что практически все поправки являются пока небольшим и осторожным шагом в направлении социального государства, отличающегося от западной модели, с национальной идеологией, которая также основывается на самобытных российских цивилизационных ценностях. Не случайно В.В. Путин в недавнем интервью обмолвился о том, что «Россия – отдельная цивилизация», чем вызвал новый шквал либеральной критики, хотя этот тезис известен в социологии лет двести и признается мировыми учеными, начиная с Данилевского и кончая Тойнби и Хантингтоном.

Принятие поправок будет означать, что в модель дикого капитализма, родившегося в девяностые годы и так любезного нашим олигархам, будет забит еще один гвоздь. Это печально как для олигархов, так и для идеологически оформляющих их позицию либералов. Но в данном случае Путин чутко улавливает и реагирует на вызов самого российского общества, который все больше накапливает недовольства тем, что после вставания с колен страна долго топчется на месте, выбирая направление.

Подробнее...

Мышиная возня вокруг так называемых «пикетчиков» у здания МВД с участием либеральных муниципальных депутатов выглядит совсем уже карикатурно. Ребята стараются, буквально из кожи вон лезут, чтобы привлечь к себе внимание, но что-то плохо получается: из отечественных СМИ только либеральные откликаются сухими сообщениями, а всякие «бибиси» из искры пламя разжечь никак не могут.

Никому не интересно.

Также как и малоинтересной оказалось история с иском бывшего губернатора Игнатьева против президента. 

Подлинная, не декоративная, оппозиция против президента В.В. Путина на авансцену не выходит, хотя располагает огромными ресурсами: в ее распоряжении все средства для смены власти, кроме одного. Эта оппозиция не рассчитывает на массовую поддержку россиян. Именно поэтому информация о президентскими рейтингах сегодня занимает так много места в общественных обсуждениях, и так много публикаций, старающихся поставить под сомнение размеры этой массовой поддержки.

Между тем, уже в ближайшие месяцы разрастается социальная проблема, которая действительно может стать миной замедленного действия для социальной стабильности. 

По данным Банка России, на которые ссылается “Лента.Ру”, долговая нагрузка (объем обязательных платежей по кредитам в процентах от располагаемых доходов) жителей страны на 1 апреля 2020 года достигла 10,9 процента доходов. Это максимальное значение в истории наблюдений. При этом, почти у четверти взявших кредиты россиян (23 процента) выплаты по ним составляют более 80 процентов от дохода.

Нетрудно предположить, что эти 80% доходов, которые сегодня банки забирают у четверти россиян, составили такую большую долю по простой причине - сами доходы сократились. Кредитное бремя, которое было терпимым в докризисное время, становится невыносимым.

Еще более тревожными выглядят данные сервиса “Работа.Ру”, согласно которым 58 процентам трудоустроенных граждан работодатели понизили зарплату. Двум третям опрошенных также снизили премиальную часть заработка.

Подробнее...

В чем Путин и Трамп похожи – они оба являются  постоянными объектами критики и в СМИ, и в экспертном сообществе. Что характерно, при всей разности политических систем, средств массовой информации и состава «экспертов», критика эта, часто перерастающая в информационные кампании с применением богатого арсенала фейковых вбросов, имеет определенные черты сходства. При всей нелюбви к конспирологии, очень трудно отделаться от подозрения, что и там, и тут все делается по одним и тем же методичкам, и даже – о, ужос!- что участники-эксперты зарплату получают в одной и той же кассе.

Вот несколько стереотипных экспертных мнений, которые тиражируются СМИ. Первое – о том, что объявленная пандемия короновируса помешала Путину провести утвердить через всероссийское голосование поправки в Конституцию. Подается это блюдо с неизменным гарниром – Путин искал-искал способ остаться навечно во власти, придумал поправки в Конституцию, но короновирус сделал голосование невозможным, и Путин убит горем. Чтобы поймать на страницах прессы это «авторитетное», но ставшее расхожим развесистое мнение, достаточно набрать в поисковике на ИНОСМИ слово Путин – и в половине вынырнувших публикаций вы это мнение найдете. Можете просто зайти на сайт Московского центра Карнеги, или прощупать нашу либеральную прессу – всего этого так много, что нет смысла приводить отдельные примеры.

Это если сразу приписать Путину цель жизни – жить и умереть в Кремле.

Если же взять и поверить президенту, что целью конституционной реформы является с одной стороны, учет состоявшихся сдвигов в российском общественном сознании, с другой стороны – стремление придать российской системе больше устойчивости через перераспределение власти, то вся картина предстает в несколько ином свете. Возникает впечатление, что Путин использовал чрезвычайную ситуацию, чтобы апробировать ту конфигурацию, которая возникнет после окончательной реализации поправок. Каждому из складывающихся институтов власти – правительству, губернаторскому корпусу, парламенту, бизнес-сообществу была предоставлена возможность использовать предоставленные президентом полномочия для борьбы с эпидемией и связанным с ней экономическим кризисом.

Подробнее...

…Ситуация настолько типичная для нашего времени, можно сказать, мелкая и бытовая, что приходится удивляться, с чего это вдруг РИА «Новости» сочло необходимым опубликовать об этом сообщение в ленте новостей. Жительница города Торопец Тверской области взяла у микрофинансовой организации заем в 25 тысяч рублей под 600 процентов годовых. Взяла на месяц и отдать не смогла, и вот Торопецкий районный суд обязал россиянку погасить задолженность, которая теперь составляет 70 тысяч рублей.

Можно не сомневаться, что эти 70 тысяч она отдать не сможет, и почти наверняка к ней придут приставы описывать имущество. Возможно, лишат ее жилья, потому что у людей, которые вынуждены взять на месяц 25 тысяч рублей под людоедские проценты, другого имущества не бывает.

Подробнее...

Март выдался богатым на события. Самое примечательное - многие из них имеют стратегический характер, последствия от них будут аукаться, как минимум, пять лет. Пандемия корановируса вновь поставила во главу угла нерешенные вопросы, при этом, как ветром сдуло, некоторые застарелые иллюзии.

Вопрос первый - о диверсификации экономики, о зависимости ее от цен на нефть, а следовательно, курса рубля и всей нашей финансовой системы - от доллара. Уж сколько раз твердили миру, уж сколько раз обещали народу, вот уже вынесли на всероссийское голосование поправки, усиливающие суверенитет, как - бац! - всем становится ясно, что и экономика и курс рубля, и госбюджет, а значит и всеи социальные программы, по-прежнему зависимы от цен на нефть.

Подробнее...

К 150-летию В.И. Ленина Фонд общественного мнения организовал социологический опрос, целью которого было узнать нынешнее отношение россиян к вождю мирового пролетариата и основателю советского государства. Выводы: считают роль Ленина в России положительной 56% участников опроса, отрицательной – 20% опрошенных. От возраста оценки почти не зависят. Идею убирать памятники Ленину с площадей и скверов одобряют 7%, не одобряют 83% респондентов.

Про мавзолей на Красной площади не спрашивалось, но ведь это тоже памятник. Так что пусть стоит, а Ленин пусть там лежит.

В день юбилея принято говорить о роли личности в истории. Думается, что лет через триста российское общество сможет составить более-менее объективное мнение о роли в нашей истории таких великих государственных деятелей двадцатого века (и в этих словах не заложено ни малейшей иронии), как Столыпин, Ленин, Сталин… Сегодня же мы о них можем узнать все и в то же время ничего, каждое идеологическое поветрие составляет собственный имидж.

Но некоторые детали все же любопытны.

Сталина все же многие аналитики относят к категории национальных лидеров, исходя из того, в какой степени его личность в конкретный  исторический период определяла направление развития русской нации. И в том, что Сталин при этом был этническим грузином, нет никакого противоречия - известно немало случаев, когда лидеров нации был человек, по своему происхождению к этой нации не относящийся.

Далее

Второе обращение Путина и продление им «нерабочего режима» до конца месяца не вызвало особой радости. Можно предположить, что эти меры окажутся удачными и эпидемия будет побеждена. Но кто оплатит все эти меры, кто возместит неизбежные потери для экономики, чем обернется фактическая остановка огромной доли сферы услуг, которая, между прочим, занимает 54-56% в структуре валового внутреннего продукта России?

Через месяц-два для значительной части россиян в сводках новостей на первом  месте будет не коронавирус, а куда более опасные социальные «болезни», связанные с падением реальных доходов.

Меры властей всех уровней выглядят пока что необходимыми, хотя и здесь уже возникает масса вопросов. Режим самоизоляции фактически запрещает любую экономическую деятельность в сфере индивидуального предпринимательства, штрафами грозят даже тем гражданам, которые на личном автомобиле поедут не в тот магазин, что находится «в шаговой доступности». И вот уже в полный рост встает вопрос: кто за все это будет платить?

Даже та категория «бюджетников», которой вроде бы сохранена зарплата за простое сидение дома, радуется далеко не вся. Очень многие работники образования и здравоохранения имели дополнительный доход на всякого рода подработках – за дни вынужденного отпуска заплатят не всем.

Далее

Используя эпидемию коронавируса и связанный с ней экономический кризис как повод, президент может, наконец перейти к прогрессивному подоходному налогу. Во всяком случае, объявленная им мера по налогообложению банковских процентов и выводимых в офшоры доходов, может расцениваться как первый шаг в этом направлении.

Введение налога на процент от банковских вкладов объемом более миллиона рублей вызвало разноречивые отклики специалистов. Либеральные СМИ, в частности, РБК тут же охарактеризовали эту меру как «Удар по накоплениям». Правда, в этой же статье автор г-жа Старостина вынуждена была сообщить данные опроса, проведенного по заказу СК «Росгосстрах Жизнь» и банка «Открытие»: более 60% россиян не имеют никаких сбережений. Результаты исследования совпадают с итогами опроса лаборатории Левада-центра (Levada Lab), согласно которым 65% российских семей не имеют никаких сбережений. Опрос Levada Lab был проведен в апреле 2019 года.

А по данным банков, количество счетов с остатками более 1 млн руб. составляет 1% от количества всех счетов.

Невелик получился «удар по накоплениям», если считать по количеству вкладчиков. Но если считать по накопленным средствам, то результат выглядит иначе.

Увеличение налоговой нагрузки на граждан может принести в бюджет дополнительно около 100 млрд руб. ежегодно, оценивала главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова. Совокупный налог с вкладов более 1 млн руб. может составить около 110 млрд руб. в год, привел схожую оценку управляющий директор рейтингового агентства НКР Александр Проклов.

Иными словами, всего лишь 0,3% всех россиян до сих пор не платили подоходный налог с дохода, который получали от накоплений, которые содержались на банковских счетах. И налог этот составляет 100-110 млрд рублей в год.

Сколько россиян не платят налог с фактических доходов, переводимых в офшоры, статистика пока умалчивает. Но нетрудно догадаться, что таких россиян еще меньше, причем, во много раз меньше. Может быть, даже их можно пересчитать по фамилиям.

А вот недоплачивают подоходного налога они во много раз больше – настолько больше, что боюсь даже предположить.

А теперь давайте попробуем все это оценить не сухим языком финансовых выкладок, а в  политической терминах.

Большая часть населения России бедна, новый налог коснется лишь незначительной категории населения, которую условно можно охарактеризовать как «богатые».

ДалееНесмотря на всю шумиху в средствах массовой информации и социальных сетях, рискну предположить, что все-таки в нынешнем году умы россиян прочно займет не медицинская, а сугубо экономическая тема. Страхи, связанные с коронавирусом, скоро спадут: выяснится, что не так страшен черт, как его малюют, и в сущности от эпидемии пострадают только старики, которым за шестьдесят.

И тогда во весь рост встанет проблема настолько серьезная, что даже очень осторожный и «аккуратный» президент вынужден был упомянуть о ней в своем чрезвычайном обращении к стране. Проблема эта не столько экономическая, и даже не финансовая, а социальная – речь о потребительской перекредитованности той части населения, которую сам В.В. Путин определил, как «средний класс», и которая, по его же словам, составляет более 70 процентов населения.

По данным  Росстата, задолженность по потребительским кредитам выросла за 2012-2019 гг. в 2,2 раза. При этом, средняя зарплата по стране выросла только на 1,7 раза, а среднедушевые доходы на 1,5 раза. В последние шесть лет при этом реальные располагаемые доходы россиян не только не росли, но и снижались, в то время как долги по кредитам только увеличивались. Можно смело предположить, что рост потребительской задолженности, во-первых, происходит именно за счет россиян со средними доходами. Бедные и неимущие в банках кредиты не берут, они раз и навсегда отданы на растерзание микрофинансовым организациям  с их людоедскими процентными ставками, и это совершенно отдельная проблема.

Во-вторых, рост задолженности почти наверняка происходил из стремления среднего класса сохранить стандарты потребления, несмотря на снижение реальных доходов. Причем, люди надеялись на два фактора – разнообразный дополнительных доход и экономическую стабильность, которая не допустит кризиса.

Сейчас оба этих фактора находятся под сильнейшим ударом, нет никакого сомнения, что эпидемия коронавируса, благодаря карантинным мероприятиям, в значительной степени сократит рынок услуг, где средний класс и находил этот самый дополнительный заработок, позволяющий сводить концы с концами и расплачиваться с банками вовремя. Придется поставить крест и на экономической стабильности. Кредитная петля на шее самого продуктивного и работоспособного, самого профессионально грамотного социального слоя готова затянуться до упора.

Объявленные президентом меры – в частности, предполагаемые полугодовые каникулы по выплатам кредиторам, увы, вызывают лишь саркастическую усмешку. Все это слишком хорошо для того, чтобы быть правдой. Наша банковская система, ростовщическая и хищническая по природе, обладает достаточно широкими лоббистскими возможностями, чтобы выхолостить до нуля обещания президента. Сбербанк, который полностью контролирует рынок потребительского кредитования пока лишь разъясняет порядок – нет, не каникул, а всего лишь реструктурирования долгов по кредитам – нужно предоставить массу справок о том, что доходы снизились, или справку о том, что вы заболели коронавирусом. Наверное, будет и учитываться свидетельство о смерти заемщика – чего же не простить долг тому, с которого взыскать уже ничего не удастся?

Подробнее...…Да нет у Путина никакой особенной харизмы, и его социальная поддержка, как это ни странно, состоит не из доверия к нему лично. К нему лично, как раз немало претензий и у самих "запутинцев".

Когда-нибудь социальные психологи назовут это "феноменом Путина" по аналогии с "феноменом Ельцина". Популярность Ельцина подпитывалась накопившимся за десятилетие отвращением к элите КПСС, практически выродившейся тогда и деградировавшей ниже плинтуса, к ее корыстолюбию и невежеству. Если несколько упростить, то популярность Ельцина поддерживал Горбачев - чем больше были недовольны политической импотенцией Горбачева, тем больше нравился Ельцин, сознательно отталкивающийся от скомпрометированного имиджа.

На доверие к Путину работает накопившееся отвращение перед девяностыми - время, когда маленький человек был бессилен и безоружен перед нарождающейся бандитской буржуазией.

Подробнее...В 1989 году, в самый разгар Нового Смутного времени, только 25% населения, по опросам Левады-Центра, придерживались мнения, что «нашему народу нужна постоянная сильная рука», еще 16% полагали, что «сильная рука» нужна, но эпизодически, ситуационно. Зато у 44% голова уже кружилась от подступающего приступа свободы и демократии, он считали, что «Ни в коем случае нельзя допускать, чтобы вся власть была отдана в руки одного человека».

В чужом пиру похмелье наступило довольно скоро, уже в 1996 году сторонников «сильной руки» на регулярной или нерегулярной основе стало приблизительно 70%, а условные «либералы» усохли до 20%. С того времени это соотношение стало устойчивым – пятую часть россиян составляют как бы либералы-демократы (не путать с жириновцами!), десятая часть – колеблющееся болото, а глубинный народ остается верным сторонником «сильной руки», говоря в научной терминологии – авторитарной власти.

Смутные времена в истории России возникают с завидной регулярностью, приблизительно раз в сто лет. Начиная с Петра Первого, во власти время от времени оказываются реформаторы, которые непременно хотят переделать российское авторитарное государство на европейское, договорное, и при этом из русского человека сделать заядлого европеоида, если не по духу, то хотя бы по манерам и костюму. Но качнувшись от глубинных основ в сторону демократии (и почему-то сопутствующего бардака и хаоса), цивилизационный маятник с неумолимой закономерностью вновь формировал модель власти, основанную на персональной ответственности руководителей. Полномочия на управление при этом нередко были абсолютными, но и ответственность тоже была абсолютной: за ошибки властитель отвечал собственной головой, причем иногда в прямом, а вовсе не переносном смысле.

Подробнее...Я не знаю, какими целями руководствуются те, кто пытается в конституцию внести статус русского народа, как "государствообразуюшего". Хотя догадываюсь.
Но я не понимаю, почему единый российский народ нужно разделять на "государствообразующий" и "другие народы". Вроде как получается, что русский народ в течение десяти столетий в поте лица своего "образовывал" государство, а все другие народы в этом не участвовали. То есть, Ельцин, Горбачев государство образовывали и защищали, а разные Джугашвили - нет.

Подробнее...Во всех так называемых московских протестах интересно не то, сколько человек вышли на улицу, что они делали и даже какие цели декларировали; самое интересное состоит в том, как именно и какая пресса все эти события освещала и под каким соусом.

Подробнее...«Российско-грузинский» конфликт, который так и не разгорелся до серьезного масштаба, является весьма показательным для понимания природы того, что в наших политических дискуссиях называют «русофобией».

По большей части это неправильно, потому что эта самая «русофобия» не имеет под собой ни этнической, ни даже идеологической основы, это чисто политическое, точнее политиканское явление. Русофобия – это защитная реакция местечковых, псевдо-национальных элит, пытающихся таким способом доказать законность своего существования.

Подробнее...Почему День победы у нас никогда не превратится в европейский День скорби и примирения?
Потому что европейцы и не были победителями фашизма, они всего лишь его жертвы.

Подробнее...Очередной большой пресс-конференцией Путина, судя по откликам в СМИ и соцсетях, остались наполовину недовольны все.

Консерваторы – тем, что в ней чересчур много было вчерашнего дня, пора бы от призывов о надобности «прорыва» перейти к более четкому целеуказанию – когда, каким способом, с какой командой?

Либералы, как ни парадоксально, остались недовольны тем же самым, что лишний раз указывает на кризис системы: в такие моменты крайности сходятся, все требуют радикальных действий, пространство для маневра в центре суживается до предела. При этом стрелка целеуказания у либералов и консерваторов расположена взаимно противоположно.