b_250_0_16777215_00_images_foto102020_1_cFjsuCvu3Fnc2rlJN-adPg.jpeg

Завершая 2020 год, многие люди вздохнули с облегчением: наконец-то он, високосный, закончился. И поднимая бокалы, непременно высказали пожелание, чтобы все проблемы и неприятности ушли бы вместе с ним.

Однако, характерная его особенность состоит в том, что событием стала пандемия, но не сама по себе, а как социальное явление, поскольку пресловутый ковид-19 вызвал огромные как социально-экономические, так и социально-политические последствия.

Интересным является не столько статистика заражений и смертности, или борьба медиков, заслуживающая самой высокой оценки; любопытно было наблюдать за тем, как эпидемия повлияла на те общественные процессы, которые и без нее происходили в политике и экономике, но под влиянием ковида обозначились, сделались более рельефными и ускорились.

По данным Левада-центра большинство россиян событием года посчитали, кроме корановируса, принятие поправок к Конституции РФ. Такой же результат получен и социологами Фонда общественного мнения.

Вот только хотелось бы уточнить: что увидели в самом пакете поправок россияне – утверждение национальных ценностей в противовес западным, или пресловутое «обнуление» президентских сроков?

Как бы то ни было, окончательно явным стало то, что процентов тридцать россиян не поддерживают поправки, и в этой прослойке будут искать социальную опору прозападные оппозиционные партии. Это довольно много – 30%.

Видимо, по этой причине предложенная Путиным стратегия борьбы с экономическими последствиями эпидемии вызвало разное отношение в обществе. Президент, если проанализировать его первые решения, предложил, чтобы социально-ответственный бизнес взял на себя некоторую тяжесть борьбы с ковидом. Малый бизнес, который у нас сосредоточен, в основном, в сфере услуг, безропотно принял на себя большую часть удара. Финансовый капитал, которому было предложено умерить аппетиты и пожертвовать частью ростовщической прибыли, отреагировал разнонаправленно: кто-то попытался саботировать кредитные каникулы, выставляя множество условий для их получения, кто-то пошел навстречу рядовым россиянам.

Учитывая высокую закредитованность населения, в первую очередь, людей со средними доходами, нетрудно спрогнозиоровать силу влияния банковского капитала на социальные настроения россиян. Проблема долговой петли только усугубилась за високосный год и теперь от банков зависит, как поступить с назревающим здесь протестным потенциалом. Банки могут сейчас предъявить срочные требования к возврату кредитов, завалить суды исками и разорить огромные массы населения – и тогда обозленные люди выйдут на улицы. В 1990 году ведь так и было – только тогда таким регулятором настроений была система потребительского снабжения – магазинные полки вдруг опустели и снова наполнились лишь тогда, когда к власти пришли «молодые реформаторы».

Нельзя отрицать, что банки совсем иначе вписались в мировую экономику, чем другие хозяйственные сферы, и достаточно посмотреть и посчитать, кто из банков согласился работать в Крыму, чтобы понять – «национализировать» эту часть капитала будет непросто если вообще возможно. Так что это еще надо посмотреть, чье слово в политической сфере звучит сегодня более весомо – Путина или Грефа.

Противовирусные меры сделали явными всю разрушительность так называемой «модернизации» в сфере таких социально-чувствительных институтов, как здравоохранение и образование. В сущности, все «реформаторство» за последние двадцать лет свелось к коммерциализации услуг, к тому, чтобы большая часть расходов по охране здоровья и доступности образования легла на плечи самого населения.

Конечно, этот всего лишь первые и весьма отрывочные впечатления от года, которые совсем не унес с собой все проблемы: они остаются с нами и составляют основу тревожного мироощущения россиян. Однако, уже сейчас можно сказать, что период переосмысления роли государства в жизни общества, начавшийся с поправок к Конституции, не только не закончился, но и будет основным вопросом повестки дня наступившего года.

(с) Владимир Вольвач